На одиннадцатой страничке Большой Книги уже тихонько-тихонько шевелились прозрачные крылышки — это Книжный Жучок прилетел с десятой странички и мягко уселся на кремовую бумагу.
— П-с-с-с, — ласково прошелестел он. — Буковка Й, пора просыпаться.
На этой страничке жила деревянная буква Й.
Она была очень похожа на свою сестричку букву И — две стройные деревянные палочки с лесенкой-перекладинкой между ними. Но было у неё и своё, особенное украшение: наверху, прямо над лесенкой, у буквы Й лежала крошечная деревянная дужечка-крышечка, похожая на маленькую изогнутую бровку. Это и был её самый главный знак отличия. Вся-вся-вся буковка Й была бережно выкрашена в нежный васильковый цвет — такой же красивый, как у васильков в ржаном поле тёплым июньским вечером. Все уголочки у буквы Й были мягко скруглены, как у доброй деревянной игрушки. У неё не было ни лица, ни глазок, ни ручек, ни ножек — только тёплая деревянная форма, окрашенная одним ласковым васильковым цветом со всех-всех-всех сторон. Но зато у неё был самый короткий, самый лёгкий голосок на свете. Как краешек короткого, быстрого выдоха — «й!».
— Доброй ночи, страничка моя, — тихо-тихо прошелестела буква Й.
И тут — крут-крут, прыг! — на страничку весело выкатился маленький круглый Йо-йо. Он был из гладкого светло-голубого деревца с тоненькой белой верёвочкой наверху. Он крутился, кувыркался, забавно пружинил и никак не мог остановиться.
— Й-й-йо-йо! — ласково прошелестела буква Й. — И ты мой! Самый первый мой гость.
— Привет, буковка Й! — звонко пропел Йо-йо, весело подпрыгивая на своей верёвочке. — Крут-крут! Я такой непоседа — всё время кручусь-верчусь. И мне это так нравится!
Буква Й ласково улыбнулась своим коротким голоском.
— Очень хорошо, что ты пришёл, милый Йо-йо. Жучок шепнул, что сегодня к нам в гости должен прийти кто-то очень-очень застенчивый. Издалека.
И правда — почти сразу с краешка странички раздался тихий-тихий, очень робкий и нерешительный шаг. На страничку вышел большой-пребольшой пушистый зверь. У него была мягкая, как облачко, голубовато-белая шубка, круглая добрая мордочка, большие тёплые глазки и крошечные круглые ушки. Он был намного больше остальных гостей, но смотрел робко-робко, как маленький малыш в самый первый день в детском саду. Это был Йети.
— Й-й-йети! — обрадовалась буква Й. — И ты мой!
— До-доброй... доброй ночи... — тихо-тихо прошептал Йети. — Я... я пришёл из очень далёких снежных гор. Я шёл всю-всю дорогу. И я очень-очень устал. Но... но я никак не могу уснуть. Здесь всё такое новое, незнакомое... Я немножко боюсь.
Буква Й ласково наклонила свою маленькую васильковую дужечку-крышечку.
— Миленький пушистый Йети. Погоди немножко. Жучок прислал тебе ещё одного доброго друга.
И правда — почти сразу на страничку мягко подкатилась маленькая керамическая чашечка. Внутри неё — нежный-нежный, кремовый, с красивыми ягодками сверху — был Йогурт. Тёплый-претёплый, сладкий, вкусно пахнущий молочком.
— Й-й-йогурт! — ласково прошелестела буква Й. — Вот теперь все мои гости в сборе!
— Йети, миленький, — тихо-тихо позвенела чашечка. — Выпей меня, пожалуйста, пока я тёпленький. Я молочный. Я очень вкусный. И я обязательно согрею тебя изнутри.
Йети аккуратно подхватил маленькую чашечку своими большими пушистыми лапками и — ох, как бережно! — поднёс к мордочке. Выпил маленькими, осторожными глоточками.
Внутри у пушистого Йети разлилось тёплое-тёплое молочное солнышко. Его большие добрые глазки начали потихоньку, сладко слипаться.
Тут маленький Йо-йо плавно прыгнул на свою верёвочку.
— А я покажу тебе фокус, Йети! Смотри только на меня.
Йо-йо начал плавно-плавно скатываться вниз по своей верёвочке, а потом так же плавно и мягко подниматься вверх. Вниз... Вверх... Вниз... Вверх... Как маленький, ровно качающийся маятник. Как мамина тёплая ладошка, когда она ласково укачивает в кроватке.
Йети смотрел-смотрел... и его глазки стали совсем-совсем сонные. Пушистая голова мягко качнулась вперёд.
— Спасибо, милые друзья... — прошептал он совсем-совсем тихо. — Я, кажется, уже... уже сплю...
Йети мягко-мягко опустился на страничку и свернулся большим, уютным пушистым клубочком у самого подножия буквы Й. Его большие тёплые лапки ласково прижались друг к другу, прямо как у маленького котёнка.
Йо-йо аккуратно сложил свою тонкую верёвочку и устроился прямо на одной из тёплых пушистых лапок Йети, как в маленьком мягком гнёздышке.
А пустая керамическая чашечка Йогурта тихонько улеглась рядышком, ещё тёпленькая изнутри.
Буква Й тихо-тихо запела свой коротенький звук:
— Й!.. Й!.. Й!..
С других страничек донеслось сквозь сон: «а-а-а... б-б-б, тум... в-в-в... г-г-г, ля... д-д-д, кап... е-е-е... ё-ё-ё... ж-ж-ж... з-з-з... и-и-и...». Теперь к общей колыбельной добавился совсем-совсем лёгкий «й!» — как крошечное, почти невесомое выдыхание, как краешек слова, который дарит волшебное мерцание всей песне.
Книжный Жучок мягко пискнул и расправил свои прозрачные крылышки.
— Пора, — шепнул он. — Пора лететь дальше.
Он облетел букву Й прощальным кружочком — и полетел на двенадцатую страничку. Будить следующую сказку.
Доброй ночи, непоседа Йо-йо. Доброй ночи, вкусный Йогурт. Доброй ночи, большой пушистый Йети. Спи спокойно, теперь ты дома.
Доброй ночи и тебе, малыш. А завтра нас ждёт буковка К.
